Оника-воин            Словарь крылатых выражений А
Жил-был Оника-воин,
Жил-был недолго,–
Жил триста тридцать единое лето.
И сколько он землей проеждял,
И много он землей разорял,
Божьи домы на дым спущал,
Божество-иконы на ладон.
И говорит он господу богу,
И говорит он рець похвальню,
Похвальню рець, господу противну:
– Кабы дал да мни-ка, господи,
С небеси во столби колецюшко булатно,
Повернул бы я всю землю на синё небо,
А сине небо на сыру землю:
На миру бы смерти не было,
И народ бы был весь жив.-
Да не полюбились эти реци господу богу,
Посылал он дви сумоцьки переметны:
Одну сумоцьку он клал против неба,
А другу сумоцьку клал против земли.
И послал он своих скорыих апостолов,
И куды итти Оники, ехати.
И вот поехал Оника-воин,
Поехал цистым полем
Да широиим раздольем.
И на той пути да на дороженьке
Лежат-то дви сумоцьки переметныи
И стоят тут люди добрыи.
– Оберите-тко вы, люди добрыи,
Оберите-тко свои сумоцьки переметныи:
Если я задену ножкой левою,
То негди сумоцек будет искати;
И если я задену ножкой правою,
То негди будет сумоцек искати.-
– Ах ты, Оника пустохвастишко,
Ах ты, Оника пустохвалишко!
Ты ездишь, Оника, похваляешься,
А тебя с дело не выхватывать.-
Разсердился Оника-воин,
Задел он сумоцьку ножкой левою,–
И не мог он сумоцьки повыздынуть;
Задел Оника ноженькой правою,–
И не мог он сумоцьки повыздынуть,
Соскоцил Оника со добра коня
И принимался во всю силу богатырскую:
И по колен ушел во матушку во сыру-землю,
И не мог он сумоцек повыздынуть.
Разсердился Оника по-сердиному,
И разозлился Оника по-звериному,
И принимался всею силой богатырскою:
И по пояс ушел во матушку во сыру-землю,
И не мог он сумоцек повыздынуть.
И принимался Оника не на шутоцьку:
И по грудей ушел он во матушку во сыру-землю,
И не мог он сумоцек повыздынуть.
И надорвал он свое ретливое сердецюшко,
И со стыдом садился на добра коня,
На добра коня на Обахмата.
И поехал Оника-воин цистым полем,
Широкиим раздольем.
А на той пути на дороженьки
Лежит тут цюдо цюдноё,
Лежит тут диво дивное:
Руки-ноги лошадиныи,
А голова лежит звериная,
И туша целовецецка.
– Что же ты лежишь, цюдо цюдноё?
Али ты цюдилиця есть прецюдная,
Али ты поляк есть, поленской сын,
Али ты полениця удалая? -
– А не цюдо есть я цюдноё,
Не цюдилиця есть прецюдная,
Не поляк, не поленский сын,
Не полениця я есть удалая:
Оника воин, я есть Смерть скорая,
Скорая есть Смерть, скоропостижная.-
– Ай же ты, душегубка!
У меня есть сабля вострая:
Отмахну же буйную голову! -
– А не хвастай, Оника-воин:
У меня естё шилья вострыя,
И подпилю я у тя жилоцьки.-
Замахнулся Оника вострой саблею:
Во плеци рука застоялася,
Никуды рука не сгибалася,
Востра сабля с руки выпала
И цють добра коня не изрезала.
– Ай же ты, Смертка скорая!
Дай мне строку хоть на три годы
Свой живот по церквам рознесть
И золоту казну по нищей братии,
Мни своя душенька наб покаяти.-
– Не дам я теби строки и на три часы:
Твой живот есть неправедной,
Золота казна не заработана,
И твоей души не будет помоци.-
– И дай ты строку хоть на три часы
Мни-ка свой живот по церквам разнесть,
Золота казна по нищей братии,
И свою душу наб покаяти.-
– Не дам я ти строку ни три минуты:
Твой живот есть неправедной,
Золота казна не заработана,
И твоей души не будет помоци.-
Зашатался Оника-воин на добри кони,
И упал он на сыру землю:
И быдто век души не было.

Публикуется по изданию: Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. 2-е изд., т. 2, № 213