Болезнь не по лесу ходит, а по людям. В.И.Даль Здоровье - хворь

Русская Народно – бытовая медицина
По материалам Этнографического бюро князя В.Н.Тенишева
С.-Петербург Типография А. С. Суворина Эртелев переулок, Д.13

1903

IV. Заразные болезни и санитарные меры

Понятия о заразительности болезней 

Крайняя отвлеченность воззрений народа на сущность и происхождения болезней не могла способствовать образованию в нем сколько-нибудь ясных понятий об их заразительности. 

Живя долгое время одними сказаниями и верованиями, иногда затемнявшими смысл самых обыденных фактов жизни и опыта, единственно, до чего додумался народ в указанной области, это до учения о передаче болезней. 

Этим учением он до некоторой степени приблизился к понятию о заразительности некоторых из них, но в развитии его не пошел дальше и действительные условия распространения заразных болезней для него остались скрыты и неизвестны.

(Древнее обозначение эпидемий словом «поветрие» заключает в себе понятие только о стихийности явления, его массовом и повальном характере, без всякого указания на его заразительность). 

Поэтому, нам кажется, те или другие взгляды народа на заразные болезни, и то или другое отношение его к заразным больным, почти всецело должно являться выражением степени того влияния, которое оказала на народ научная медицина и земские врачи: все положительное и определенное в этих взглядах и отношениях должно считать привитым этими последними. 

Эти взгляды и отношения к заразным больным, в зависимости от той или другой местности, в высшей степени различны и, по многочисленности своих форм и оттенков, не уступают тому разнообразию, которое замечается по отношению к чисто лечебной функции земской медицины и врачей.

Как наследие старины, почти не различавшей никаких заразных болезней, и теперь еще существуют взгляды, совершенно отрицающие существование таких болезней или допускающие их с очень большим сомнением. (Васильсурск. у. Нижегор. г., Саранский у. Пензенск. г.. Юхновск. у. Смоленск. г., Егорьевск, у. Рязанск. г., Болховск. у. Орловск. г.. Новорясевск. у. Псковск. г)

Во всех таких случаях, когда крестьяне не верят совсем, или верят плохо и неясно представляют заразительность болезни, всего чаще выступает на сцену фаталистическое — «Божья воля и никто, как Бог». 

— Воля Божья, — говорит народ при своих сношениях с заразными больными — кому умереть, какою смертью и когда— Бог на роду написал.
— Чему быть, тому и быть— еще решительнее высказываются другие фаталисты, отвергая всякие меры предосторожности против заразы (Юрьевск. у. Владимирск. г., Чембарск. у. Пензенск. г.).

Этим положением — «все Бог» -— объясняются холера, дифтерит и др. болезни и не признаются способными распространяться при сообщении с больными, невосприимчивость же к заражению, в некоторых случаях, как бы подтверждает этот взгляд.

Иногда представление о заразе, как о чем-то неизбежном, усиливается понятием гнева Божия: «тут Божий гнев и Божья воля», — безнадежно отзываются об эпидемиях такие крайние фаталисты, — «от них не спрячешься» (Жиздринск. у. Калужск. г., Меленковск. у. Владимцкж. г.).

Взгляд на, эпидемию, как на Божий гнев, наказание Божие, или как на злое поветрие, с которым ничего не поделаешь, по видимому, довольно значительно распространен и является источником пассивного отношения к ним для немалого числа крестьян (Вологодск. и Сольвычегодск. уу. Волог. г., Ростовск. у. Ярославск. г. и др.). 

К такому взгляду на заразные болезни нередко присоединяется и уверенность, что Бог, если захочет, никакой заразы до человека не допустить (Опасск. у. Казанск. г.). 

В других случаях эпидемические болезни считаются не столько карой Божьей, сколько порчей от злых людей, против которой также бессильны все меры предосторожности.

При таких взглядах на заразные болезни, сплошь и рядом приходится слышать в деревне, как такой-то ребенок заболел скарлатиной или дифтеритом после того, как беспрепятственно посещал семью, где были больные дети и как в таком-то селении эпидемически развилась заразная болезнь потому, что какой-нибудь бедняк, в виде милостыни, получил одежду, после умершего больного, из другого села, где эта болезнь уже свирепствовала (Солигалич. у. Костромск. г., Васильсурск. у. Ниже-городок. г.).

Наряду с такими взглядами и понятиями, доставшимися нам в удел от минувшего, кое-где и мало-по-малу начинают проникать в сознание народа совершенно новые, уже здравые и разумные идеи, которые иногда представляют из себя смесь с понятиями уже отжившими,

(В некоторых местах, при входе в избу, где есть  больные оспой, корью, зудихой (чесоткой) и т. п.. во избежание заразы, признается  полезным смотреть, первым  делом, под  матицу, а при  выходе  из  избы,  чтобы  не унести с собой болезни, рекомендуется не просто  шагать  через порог, а непременно вставать на него (Никольск. у. Вологодск. г.).), иногда же являются почти согласными с современной медициной. 

Правда, в некоторых случаях, серьезность и опасность эпидемии определяется по таким внешним признакам, как приезд в деревню доктора: узнав о приезде врача, крестьяне начинают признавать болезнь опасной, так как, говорят они, по пустякам доктор не ездит (Тотемск. у. Вологодск. г.). 

Но в других случаях это различие инфекционных болезней является уже более сознательным. 
Из них местами считаются заразительными иногда только 
одни горловые болезни (Хвалынск, у. Саратов, г.), 
один сифилис (Васильсурск. у. Нижегор. г.) 
или одна «горячка» (Волог. и Грязовецк. уу. Вологодск. г.). 

В других местах к заразным причисляются только оспа, тиф и холера, в заразительность же остальных болезней почти не верят (Юрьев, у. Владимирск. г., Орловск. г. и у., Ростовск. у. Ярославск. г.).  

В некоторых случаях группа этих заболеваний расширяется таким образом, что заразными признаются

то оспа, холера, сифилис и дифтерит (Окопинск. у. Рязанск. г.), 
то только оспа, скарлатина и тиф (Калужск. г. и у.), 
дифтерит же считается мало заразным, и крестьяне смотрят на него как-то равнодушно (Инсарск. у. Пензенск. г.). 

При этом весьма интересно, что в других местах тот же дифтерит считается, напротив, самой заразительной болезнью и его всего больше боятся крестьяне (Карачевск. у. Орловск. г.). 

Наконец, вт. ограниченном числе случаев заразными признаются почти все те болезни, которые считаются такими и медициной. 
Всего же чаще считается заразительной холера, при чем наибольшая и безусловная ее заразительность особенно отмечается из сообщений, относящихся к Поволжью. 

Очевидно, все эти и подобные им взгляды составились, главнейшим образом, чисто опытным путем, в зависимости от бывших в той или другой из этих местностей в разное время эпидемий, в особенности же последней холерной эпидемии, но здесь уже нельзя не видеть и влияния, оказанного земской медициной.

Влияние это выразилось до известной степени и в самых отношениях народа к заразным больным. Во избежание заразы, народ не ходит в те дома, где есть заразные больные (Сольвычегодск. у. Вологодск. г., Котельническ. у. Вятск. г.). 

Таких больных, из боязни заразиться, не только не посещают, хотя обычно и жалеют, но не ходят смотреть и покойников (Ско-пинск. у. Рязанск. г.), а маленьких детей из того дома, где есть больной, отводят к родным и знакомым в селе (Чембарск. у. Пензенск. г.).

При появлении дифтерита, не только ребенка и мать отделяют от всех, ложку и чашку ставят на отдельное место, но к больному ребенку, как он не кричи, никто не подойдет, кроме матери, даже в ее отсутствие (Карачевск. у. Орловск. г.). 

В других местах отношение к таким больным еще строже: чашку, ложку и полотенце больного не трогают, и в дом, где есть больной, не только никто из односельчан ни зачем не пойдет, но избегают даже встречи с членами семейства этого дома. 

В некоторых местах Вологодского и Грязовецкого уездов (Вологодск. г.), по отношению к тифозным больным, обращение это достигает такой степени строгости, что сами односельчане следят за тем, чтобы никто не ходил в те дома, где есть больные. 

Нередко крестьяне, при появлении заразной болезни, просят предохранительных средств у врача и фельдшера, одежду больного, постель и другие вещи тщательно вымывают, а иногда уничтожают, бросая их в речку (Инсарск. у. Пензенск. г.). 

Во всех этих случаях проглядывают уже здоровые и свежие элементы понятий, то новое, что внесла в народную жизнь земская медицина. 

Хотя часто это только ростки и лишь формирующаяся понятия, иногда, как в последнем из приведенных случаев, не лишенная эгоизма и узости, но имеющая уже все задатки для своего дальнейшего развитая в будущем.